Шталь Ирина Владимировна

(10.05.1934-19.04.2006)

Выпускница кафедры классической филологии МГУ. Доктор филологических наук, главный научный сотрудник Института мировой литературы им. А. М. Горького РАН, член-корреспондент Петровской академии наук и искусств.

Недавно, в апреле, научная и культурная общественность вспоминала Михаила Леоновича Гаспарова и его вклад в науку. Сегодня я хочу немного рассказать об Ирине Владимировне Шталь - докторе филологических наук, филологе-классике, литературоведе, переводчике, организаторе науки, главном научном сотруднике Института мировой литературы им. А. М. Горького РАН. И. В. Шталь и М. Л. Гаспарова связывает многолетняя совместная профессиональная деятельность (сначала они вместе учились на классическом отделении МГУ им. М. В. Ломоносова, затем были коллегами по античному сектору ИМЛИ им. А. М. Горького РАН).

19 апреля 2015 года исполнилось 9 лет с тех пор, как ее нет с нами, а 10 мая - день ее рождения. И. В. Шталь оказала очень большое влияние на мою жизнь и судьбу. В течение почти 7 лет она была моим учителем, наставником, «проводником» в мир науки и мир Античности. Благодаря ей, я еще в свои студенческие годы открыла для себя древнегреческий язык, античную мифологию и эпос. Впоследствии я поступила в аспирантуру ИМЛИ им. А. М. Горького РАН и Ирина Владимировна стала моим научным руководителем. Она передавала мне свои знания, руководила моей работой над диссертацией, а также я помогала ей в научной и профессиональной деятельности в ИМЛИ (работа ученого секретаря научно-исследовательской группы «Античная литература и культура»).

Ирина Владимировна родилась в Москве, в 1934 году. Ее мать, Таисия Ивановна Тихомирова (1898-1993) была врачом, отец, Владимир Карлович Шталь (?-1963) - ученым-химиком.

Среди предков Ирины Владимировны по материнской линии были православные священники. Поэтому И. В. Шталь с юности обладала глубокими познаниями в области религии и сакрального, религиозных текстов, хорошо знала и чтила православные богослужебные и церковные традиции, что в советское время, в научной среде встречалось не так уж часто. Впоследствии эти знания, воспринятые с детства, из семьи, переданные по наследству, несомненно, помогли ей в изучении античной мифологии и религии, в исследовании сакрального сознания архаического античного мифа.

Ирина Владимировна всегда вспоминала своих родителей с благодарностью и теплотой, часто показывала мне их фотографии и семейный альбом.

И. В. Шталь закончила московскую среднюю школу № 454 и поступила в МГУ им. М. В. Ломоносова на отделение классической филологии. Среди ее сокурсников - будущие знаменитые антиковеды и ученые, Михаил Леонович Гаспаров, Валентин Семенович Непомнящий и др. Учителями Ирины Владимировны в ее университетские годы были филологи-классики, которые получили образование и начинали свою научно-педагогическую деятельность еще до революции: Константин Рудольфович Мейер, Сергей Иванович Радциг (1882-1968), Александр Николаевич Попов (1881-1972). Ирина Владимировна осознавала ту роль, которые они сыграли в ее профессиональном развитии и нередко в начале ее трудов можно встретить надпись-посвящение учителям (так, один из томов «Свода мифо-эпических сюжетов античной вазовой росписи» посвящен автором К. Р. Мейеру и А. Н. Попову…)

В 1957 году Ирина Владимировна закончила классическое отделение МГУ им. М. В. Ломоносова и начала преподавать латинский язык в московских медицинских училищах № 2, № 7.

В 1959 году поступила в аспирантуру ИМЛИ РАН, в сектор «Теория литературы». Она работала над кандидатской диссертацией под руководством известного антиковеда и преподавателя К. П. Полонской.

В 1963 году И. В. Шталь защитила кандидатскую диссертацию на тему «Человек в поэзии Гая Валерия Катулла», по специальности «теория литературы». Римский поэт Гай Валерий Катулл (I в. до н.э.), по мнению И. В. Шталь, является создателем системы эстетических и морально-нравственных ценностей, новых для античной литературы и традиции. Поэзия Катулла по типу художественного мышления унаследовала и восприняла типологические черты героического народного эпоса и римской драмы, переработав, по-новому осмыслив и синтезировав их. Если римский народный героический эпос знает синкретизм художественного мышления в его неделимом и целостном восприятии мира, если мировоззрение римской драмы (комедии паллиаты), напротив, разорвано на части, сосуществующие, но не сливающиеся воедино, и художественное мышление комедиографов по своей сути дуалистично, то в мировосприятии Гая Валерия Катулла осуществляется объединение начал - пытливого анализа и сознательного синтеза: мир, расторгнутый на куски, волевым усилием сознательно собирается, спаивается воедино. Художественное мышление Катулла предстает по-новому синкретичным, синкретичным на ином уровне, когда расторжение изначального эпического синкретизма предполагается известным, пройденным и отвергнутым этапом. Человек поэзии Катулла, поэт, друг, любовник, предстает новым героем, отошедшим от этико-эстетических нормативов города-государства, в отличие от человека народного героического эпоса (воина и советника), от человека (горожанина-обывателя) римской драмы (комедии паллиаты), героем, порвавшим с официальным обществом, поставившим свое личное выше официального общественного и в противовес официально-общественному [Шталь И. В. Человек в поэзии Гая Валерия Катулла. М., Наука, 1977. С. 209-210].

Позднее, в 1977 году на основе диссертационного исследования Ирины Владимировны была издана научная монография «Поэзия Гая Валерия Катулла».

Много лет И. В. Шталь посвятила педагогической деятельности - преподаванию древних языков и античной литературы в московских вузах.

Так, параллельно с обучением в аспирантуре и после ее окончания, в 1957-1961 гг., Ирина Владимировна работала преподавателем латинского языка в московских медицинских училищах (см. выше). В 1963-1964 гг. преподавала латинский язык на историческом факультете МГУ им. М. В. Ломоносова. 1964-1968 гг. - преподаватель латинского языка в Первом Московском медицинском институте, Институте иностранных языков им. Мориса Тереза (1968-1970 гг.).

В 1969-1970 гг. И. В. Шталь преподает древнегреческий и латинский языки в Институте дружбы народов им. Патриса Лумумбы, а в 1968-1974 гг. (и позднее, в 1993-1997 гг., во время моего обучения в этом вузе) - древние языки и античную литературу в МОПИ им. Н. К. Крупской.

В 1965-1977 гг. И. В. Шталь сотрудничает с известным историком, членом-корреспондентом АН СССР В. Т. Пашуто (1918-1983) как переводчик с латинского языка и редактор. Совместно они подготовили к изданию книги: Послания Гедимина. Вильнюс, Минтис, 1965; Корчула. М., Наука, 1977. Приблизительно в это же время (до 1980 г.) И. В. Шталь принимает участие в научно-исследовательском проекте Института истории АН СССР «Пространная редакция статутов острова Корчула».

С 1970 года научная деятельность И. В. Шталь связана, в основном, с ИМЛИ им. А. М. Горького РАН, куда она поступает на работу младшим научным сотрудником в сектор «Античная литература». Коллегами И. В. Шталь стали Михаил Леонович Гаспаров (1935-2005), который был в течение многих лет руководителем античного сектора ИМЛИ, и чуть позднее - Сергей Сергеевич Аверинцев (1937-2004).

С 1970 г. и по 2005 г. И. В. Шталь - младший, старший, ведущий, главный научный сотрудник сектора «Античная литература» (с 1989 г. сектор преобразован в научно-исследовательскую группу «Античная архаика: литература и культура»). Коллеги и руководство ИМЛИ РАН, как видно из характеристики, датированной 1980 годом, характеризуют Ирину Владимировну как высококвалифицированного специалиста, профессионала, как серьезного и вдумчивого исследователя античности, много и плодотворно работающего над проблемами истории и теории римской и древнегреческой литературы, а также над переводами средневековых латинских текстов. Из характеристики более позднего периода: «И. В. Шталь сочетает теоретичность исследовательского подхода с фундаментальным знанием историко-литературного и историко-культурного материала». В характеристиках также отмечена ее активная общественная работа, в частности, в качестве председателя кассы взаимопомощи ИМЛИ РАН.

С 1970 по 1980 гг. И. В. Шталь написала и опубликовала три монографии - «Гомеровский эпос» (М., Высшая школа, 1975), «Поэзия Гая Валерия Катулла» (М., Наука, 1977), «Одиссея - героическая поэма странствий» (М., Наука, 1978), более 40 статей по вопросам классической филологии, переводы с латинского языка, вошедшие в книги, подготовленные к печати совместно с В. Т. Пашуто (см. выше).

Будучи сотрудником античного сектора ИМЛИ им. А. М. Горького РАН, Ирина Владимировна написала свои главные научные труды, посвященные гомеровскому эпосу и теории эпического синкретизма - эпического художественного сознания, в основе которого лежит единство истины (как факта бытия или факта общественного сознания) и вымысла. На этом единстве основано мифо-эпическое художественное сознание и, соответственно, мифо-эпические образы.

Остановимся подробнее на теоретической и методологической базе исследований античного архаического эпоса, осуществленных И. В. Шталь. Исследования основаны на историко-типологическом методе. По словам автора, суть его в том, что выявляются не индивидуальные или общие, но типические, наиболее характерные структурно-функциональные признаки предмета. Выявление этих признаков осуществляется в процессе противопоставления образного, художественного и понятийно-логического, научного, мышления в их отношении к художественному миру гомеровского эпоса. Именно в гомеровском эпосе сходятся, изначально присутствуют в неделимом единстве функционально-структурные свойства научного и художественного сознания, и поэтическая мысль, будучи художественной по своей сути, содержит в равной мере, нерасторжимо и непротивопоставимо, элементы понятийно-логического начала.

При этом И. В. Шталь подчеркивает, что всякий раз, когда мы говорим об историко-типологическом изучении специфики художественного мышления гомеровского эпоса, мы отнюдь не имеем в виду сопоставление реалий эпоса с данными материальной культуры, археологических реликтов, но прежде всего, обращаем внимание на функциональную связь его художественной мысли с определенной исторической и культурной ступенью в развитии человечества, на которой только и стало возможным возникновение данного типа мышления.

Именно из особенностей историко-социальной и культурной эпохи, породившей «Илиаду» и «Одиссею», и утверждения функциональной связи этих особенностей с типом художественного мышления Гомера исходит И. В. Шталь в своей теории и анализе гомеровского текста.

В фокусе внимания исследований И. В. Шталь по гомеровскому эпосу - особенности взаимодействия поэтической и научной мысли в художественном тексте гомеровских поэм, закономерности, по которым оно протекает, формируя образы поэм. Взаимодействие образа и понятия в сфере художественного сознания исторически и культурно обусловлено и, оставаясь образной во все времена, поэтическая мысль в разной степени и по-разному «реагирует» на понятийно-логическое начало иного пути познания мира.

Тип художественного мышления гомеровского эпоса И. В. Шталь определяет как эпический синкретизм и видит его внутренний смысл в изначальной невыделенности, слитности образа и понятия и вытекающей отсюда изначальной нерасторжимости черт, характерных для образного, художественного, и понятийно-логического, научного, познаний мира, в необособляемом единстве частного и общего, единичного и всеобщего, конкретного и абстрактного, личного и общественного в восприятии мира и во взглядах на мир.

Эпический синкретизм - единый тип художественного мышления гомеровского эпоса. Этому обстоятельству, по мнению исследователя, не противоречит тот факт, что гомеровский эпос внутренне многослоен.

Во избежание модернизации И. В. Шталь считает целесообразным привлечь именно античный эстетический критерий «научности» и «художественности», известный по сочинениям Аристотеля, Лукиана, Квинтилиана, Страбона, и опираться на античную дефиницию художественного произведения в его отличии от произведения научного, приведенную в «Схолиях к Дионисию Фракийскому». При истолковании содержания ряда категорий эстетики и поэтики применительно к гомеровскому эпосу исследователь также ориентируется на античные свидетельства как хронологически наиболее близкие к источнику - тексту поэм.

Значительную роль в исследованиях И. В. Шталь играет и лексический материал, который рассматривается как средство создания художественного образа, иначе - в его поэтико-эстетической функции и содержательно-мировоззренческом наполнении. Под этим углом зрения анализируется и лексика гомеровского и отчасти необходимая для выяснения художественных закономерностей строения поэтических образов лексика «Поэтики» Аристотеля и сочинений других античных авторов - Лукиана, Квинтилиана, Страбона, «Схолий к Дионисию Фракийскому».

Исследование гомеровской лексики производится и в пределах эпического лексического пласта. Лексика является объектом непосредственного изучения, делается попытка установить общие законы и принципы лексического своеобразия гомеровского эпоса как эпоса, вобравшего в себя понятийно-логическое и образное начала освоения мира в их нераздельном единстве, а также в области семантики гомеровского образа, где лексика выполняет роль «каркаса» образов в их типологическом сличении [Шталь И. В. Художественный мир гомеровского эпоса. М., Наука, 1983. С. 3-6].

На формирование научно-теоретической базы исследований Ирины Владимировны Шталь существенное влияние оказали русские ученые конца XIX - начала XX вв., чьи идеи предвосхитили историко-типологическое изучение текста гомеровского эпоса и выявление специфики художественного мышления гомеровских поэм.

Среди работ наиболее близкого ей научного метода, направления И. В. Шталь особо выделяет статьи Ф. Ф. Зелинского, предваряющие выводы о синкретизме гомеровских понятий, лишенных четкого видо-родового различия. Сюда же Ирина Владимировна относит и общетеоретические работы А. Н. Веселовского по исторической поэтике эпоса, «понятой и представленной им широко - как эволюция поэтического сознания и его форм». Здесь же упомянут труд А. А. Потебни «Из записок по теории словесности», чье разграничение систем научного, поэтического и мифологического мышления не могло не оказать влияния на последующее формирование понятия эпического «синтетизма», принятого впоследствии отечественной наукой о Гомере.

Из научных трудов XX века, так или иначе затрагивающих гомеровский вопрос и оказавших опосредованное влияние на ее идеи, И. В. Шталь считает интересными и продуктивными исследования полистадиальности гомеровского мышления и ее отражение в поэтике «Илиады» и «Одиссеи» (это труды таких известных ученых, как И. И. Мещанинов, О. М. Фрейденберг, И. Франк-Каменецкий). Также среди трудов этой группы и временного периода она называет работы по жанровому синкретизму гомеровского эпоса, включающего элементы драмы, комедии, риторики, лирики (М. М. Покровский); работы по типологическому сближению гомеровского эпоса с фольклором других народов (В. М. Жирмунский); работы о специфике этических представлений у Гомера (В. Н. Ярхо); работы лексико-семантического плана, направленные на уточнение содержания ряда понятий и выяснение основ древнейшего языкового субстрата (И. М. Тронский, Н. С. Гринбаум); а также работы по реконструкции эпико-мифологических моделей (Л. А. Гиндин).

Актуальны, интересны для И. В. Шталь в контексте изучения гомеровского эпоса и исследования А. А. Тахо-Годи (она является ответственным редактором монографии «Художественный мир гомеровского эпоса») об эволюции поэтического языка «Илиады» как системе взаимопроникающих напластований в пределах лексики и тропов, о социальном аспекте содержательного наполнения поэтических тропов Гомера, об осмыслении поэтики и эстетики Гомера русской философией второй половины XIX в.

Особое место в историко-типологическом изучении эпоса Гомера И. В. Шталь отводит выдающемуся русскому ученому и мыслителю XX века А. Ф. Лосеву. А. Ф. Лосев связал тип художественного мышления гомеровского эпоса с его историко-социальной основой и тем самым наметил, выявил специфику художественного мышления, присущую «Илиаде» и «Одиссее».

Согласно научной концепции Лосева, гомеровский эпос включает ряд хронологически неоднородных напластований (не менее четырех слоев). Напластования неотделимы и непротивопоставимы в единстве гомеровских образов и сливаются в целое с доминирующим эпическим пластом эпохи кризиса первобытнообщинного строя при ведущем и определяющем мироосознании этой эпохи, ставшем в целом мироосознанием гомеровских поэм.

Мировосприятие и мироощущение иных эпох, трансформировано вошедшие в гомеровский эпос, предстают в нем лишь вариантами в пределах единой эпической системы, свидетельством эволюции единого эпического взгляда на мир. Тип художественного мышления, осмысление мира, присущее гомеровским поэмам, Лосев определяет как «универсально синтетический» и видит в этом (целостно) его специфику, его особенность.

Универсальный синтетизм гомеровского эпического сознания, по Лосеву, проявляется, прежде всего, в том, что «все те категории сознания и бытия, которые так тщательно различаются в новой и новейшей эстетике, слиты у Гомера в одно единственное и нераздельное целое, так что становится уже трудно определить, где тут эстетика, где тут мораль, где религия, где проза и поэзия, где ремесло и искусство. Конечно, можно было бы просто назвать это мифологией, но эта мифология настолько тщательно и художественно разработана, что ее совершенно невозможно отличить от поэзии и искусства. Можно было бы назвать мировоззрение Гомера художественным, а весь окружающий его мир - с начала до конца художественным произведением; но интересно, что Гомер совершенно не ощущает никакого различия между искусством и ремеслом, между эстетикой и производством [Шталь И. В. Художественный мир гомеровского эпоса. М., Наука, 1983. С. 10-12]

В монографии И. В. Шталь «Одиссея - героическая поэма странствий» (1978 г.) четко прослеживается эволюция эпического художественного сознания, выражающаяся, прежде всего, в смене типа эпической героики, этико-эстетического идеала четырех эпических поколений (архаические боги-титаны, олимпийские боги, герои-полубоги и простые смертные герои, наделенные обычными человеческими добродетелями и качествами)

В 1980 г. Ирина Владимировна защитила докторскую диссертацию на тему «Типология художественного мышления гомеровского эпоса («Илиада», закономерности образного строя), по специальности «классическая филология». Ее научным консультантом во время работы над докторской диссертацией был Исай Михайлович Нахов (1920-2006), доктор филологических наук, профессор кафедры классической филологии МГУ им. М. В. Ломоносова

Помимо научной работы, И. В. Шталь активно занималась общественной и культурно-просветительской деятельностью: член культурной комиссии, член научно-методического совета по зарубежной литературе при Министерстве Просвещения, а с 1976 по 1986 гг. - ученый секретарь Комиссии по зарубежной литературе Министерства Просвещения СССР.

1980-2000 годы в научной биографии исследователя отмечены публикацией монографий «Художественный мир гомеровского эпоса» (М., Наука, 1983), «Эпические предания Древней Греции. Гераномахия» (М., Наука, 1989), а также рядом работ ответственного редактора и составителя коллективных научных трудов. Основная сфера интересов Ирины Владимировны на этом этапе - теоретическое и историко-сравнительное осмысление античной литературы и культуры, в основном, на ранних этапах ее развития (античная архаика, миф, эпос), а также античное искусство (античная вазовая роспись). И. В. Шталь пишет статьи для энциклопедий, главы в учебниках по античной литературе, программы вузовского преподавания античной литературы, предисловия и вступительные статьи к антологиям и книгам по античной тематике.

С 1985 года Ирина Владимировна Шталь - член Специализированного Ученого Совета по присуждению ученых степеней доктора и кандидата филологических наук по специальности «классическая филология». В 1986 году переведена на должность ведущего научного сотрудника ИМЛИ РАН. С 1989 г. - руководитель Координационной межведомственной и межотдельской научно-исследовательской группы «Античная архаика: литература и культура». С 1990 г. руководит семинаром «Древние культуры на территории античной ойкумены и ее периферии».

В 1990 г. в издательстве «Советская Россия» вышла в свет книга «О происхождении богов», а в 1999 г. в издательстве «Алетейя» (Санкт-Петербург) - коллективный научно-исследовательский труд «Ранняя греческая лирика (миф, культ, мировоззрение, стиль), составителем и ответственным редактором которых является И. В. Шталь.

Книга «О происхождении богов» включает описание древнегреческих религиозных представлений, мифо-эпических образов, в которых соединяются воедино истина и вымысел. В издание входят также тексты фрагментов поэм Гомера «Илиада» и «Одиссея», поэм Гесиода «Труды и дни» и «О происхождении богов («Теогония»)» и часть так называемых гимнов Гомера. 

«Ранняя греческая лирика» посвящена творчеству древнегреческих лирических поэтов - Архилоха, Алкея, Сапфо, Гиппонакта, Пиндара и др. В книге описаны последние находки папирусных текстов, а также освещена основная проблематика изучения греческой лирики и обозначены новые подходы. Творчество лирических поэтов вписывается в общий контекст культуры античной архаической эпохи, при этом особое внимание уделяется мифологической и ритуальной основе греческой лирической поэзии.

В монографии «Художественный мир гомеровского эпоса» основное внимание уделено анализу реализации в гомеровском эпосе эпического синкретизма и основного эпического закона, принципа «качественного единообразия составляющих эпического мира при количественном неравенстве качеств». Эпический синкретизм поэм Гомера как особая фаза художественного мышления, по мнению И. В. Шталь, вовсе не является открытием новейшего литературоведения. Есть все основания полагать, что особенности художественного мышления Гомера, запечатленные в его поэмах, ощущались уже в античности. Так, античный географ Страбон с восхищением пишет о Гомере, «который превзошел всех древних и позднейших поэтов не только поэтическими достоинствами своих произведений, но почти в такой же мере и знанием условий общественной жизни», и, присоединяясь, по его словам, «к разумнейшим из тех, которые говорили что-либо о поэтическом творчестве», называет древнюю поэзию, т. е. поэзию Гомера, «первой философией» [Художественный мир гомеровского эпоса, с. 15, 24] В монографии также рассмотрены четыре признака античного критерия художественного произведения, ярко выраженные в поэмах «Илиада» и «Одиссея» - стихотворный размер, вымысел, рассказ, словесное выражение.

Кратко охарактеризуем еще один знаковый труд в научном наследии И. В. Шталь - «Эпические предания Древней Греции». Он посвящен древнегреческому эпосу эпохи архаики. В основе этого исследования лежит сюжетная и жанровая реконструкция «Гераномахии» - эпоса, который приписывается Гомеру, возникшего, по всей вероятности, на основе «варварского» мифа и мифо-эпического предания о битве журавлей и пигмеев. В этой книге, помимо нарративных источников, используется и изобразительный материал, анализируются сюжеты античной вазовой росписи, посвященные «гераномахии».

Среди основных научных интересов И. В. Шталь необходимо упомянуть, конечно, и античную вазовую живопись, реконструкции мифо-эпических сюжетов античной вазовой росписи. Под ее руководством были подготовлены и изданы два тома коллективной монографии «Свод мифо-эпических сюжетов античной вазовой росписи по музеям Российской Федерации и стран СНГ, IV век до н. э., керченский стиль» (М., ОЛМА-ПРЕСС, 2001, «Прогресс-Традиция», 2004). Работа над «Сводом» велась с начала 90-х годов. В этом научно-исследовательском проекте приняли участие искусствоведы и филологи-классики из Москвы и других городов и стран, которые собирали, систематизировали и описывали материалы для каталога мифо-эпических сюжетов. Третий том «Свода» по объективным причинам так и не увидел свет…

И. В. Шталь принимала участие во многих всесоюзных и международных научных конференциях, в числе которых Фракия-Понтика-3 (1986 г., БНР), Античная балканистика-6 (1987 г., СССР), Эйрене (1988 г., БНР), коллоквиум «Иберия-Боспор» (1990 г., Испания-СССР).

Ирина Владимировна Шталь посвятила свою жизнь науке и добилась больших профессиональных и творческих успехов в научной деятельности и карьере исключительно благодаря своему таланту, профессионализму, увлеченности, работоспособности и трудолюбию. В советскую эпоху, на которую приходится большая часть ее жизненного и профессионального пути, она не вступала в коммунистическую партию, не занималась официальной политической и партийной идеологией, не цитировала в своих трудах марксистско-ленинские идеи.

Будучи аспиранткой и ученицей Ирины Владимировны, я применила ее теорию об эпическом сикретизме на практике, в своей кандидатской диссертации «Античный миф об Атланте и Атлантиде: опыт фольклористического рассмотрения», которую защитила в начале апреля 2006 года…. Своим профессиональным статусом я всецело обязана ей, ее внимательному и доброжелательному наставничеству, ее вере в меня, мою способность учиться и развиваться, в мое трудолюбие.

И. В. Шталь старалась сформировать и мой характер - она ценила в людях скромность, доброжелательность, целеустремленность, честность, трудолюбие, старалась привить мне любовь и уважение к научной деятельности и научным изысканиям. И, конечно, она понимала, что в наше сложное, нестабильное время, для того, чтобы заниматься наукой, необходимы еще смелость и отвага, чтобы в трудной ситуации, говоря словами моего любимого поэта Н. С. Гумилева «не бояться и делать, что надо». Но о том, насколько ей это удалось, судить, конечно, уже не мне…

Ирина Владимировна Шталь похоронена на Введенском (Немецком) кладбище в Москве. Я всегда буду благодарна Ирине Владимировне за свой жизненный путь и призвание, которые обрела в то время, когда училась и работала с ней, за то влияние, которое она оказала на мое личностное и профессиональное развитие.

О чем я хотела бы сказать, подводя итоги?

Ирина Владимировна была сильным, волевым, человеком, талантливым и увлеченным исследователем. Не могу не отметить, что ее взаимоотношения с коллегами, с которыми по воле судьбы она проходила свой профессиональный и творческий путь (в частности, с С. С. Аверинцевым и М. Л. Гаспаровым) не были простыми. Но это реалии нашей жизни и взаимоотношений между людьми, такое иногда случается в творческих и научных коллективах… Но, думаю, что теперь, когда все они, к нашему большому горю и сожалению, покинули этот мир, быстротечное время и дальнейшее развитие науки сгладят все разногласия, противоречия и споры между ними. В конечном итоге, жизнь и история объединили их в то самое поколение блистательных академических ученых прошлого, которые занимались наукой не ради славы, карьеры, материального благополучия и удовлетворения личных амбиций, а просто потому, что это было их любимое дело и они старались заниматься им честно, преданно и бескорыстно, служить ему верой и правдой. Именно поэтому они смогли воспитать учеников, создать научные школы, передать свои знания и внести свой бесценный вклад в развитие гуманитарной науки.

1 мая 2015 года, Юлия Крайко

P.S. Я выражаю благодарность сотрудникам отдела кадров ИМЛИ им. А. М. Горького РАН за предоставленный доступ к материалам личного дела И. В. Шталь, использованных при подготовке данной статьи, и доктору исторических наук, профессору, руководителю научно-учебного центра антиковедения Института восточных культур и античности РГГУ Н. В. Брагинской за ряд ценных замечаний и уточнений.

 

БИБЛИОГРАФИЯ ТРУДОВ И. В. ШТАЛЬ

  1. Инвектива как источник истории общественно-политической мысли. — «Вестник древней истории», 1963, No 2, с. 141 — 152
  2. Человек в поэзии Гая Валерия Катулла. Кандидатская диссертация. М., 1963
  3. Послания Гедимина. Подготовка текста В. Т. Пашуто, И. В. Шталь. Вильнюс, 1966
  4. Синкретизм эпического мышления и принципы эпической характеристики предметов и явлений (на материале «Илиады» Гомера). – В кн.: Античность и современность. М.: Наука, 1972. с. 215-222
  5. К критике феноменологической, экзистенциалистской, юнгианской и структуралистской методологии (на материале исследования буржуазным литературоведением поэм Гомера). – В кн.: Теории, школы, концепции (критические анализы). Художественный образ и структура. М.: Наука, 1975, с. 194-230
  6. Гомеровский эпос: опыт текстологического анализа «Илиады»: учеб. пособие для вузов. М.: Высшая школа, 1975
  7. Логический предел софистического метода литературной критики: (Зоил из Амфиполя) / Древнегреческая литературная критика. М., 1975. С. 335-360
  8. Гомеровский эпос в литературной критике Страбона / Там же. С. 361-381
  9. Гомер и «досократики». / Там же. С. 272-303
  10. Принципы эпической характеристики в поэмах Гомера: (на материале характеристики героев в «Илиаде» и «Одиссее») / Античность и Византия. М., 1975. С. 54-75
  11. О некоторых приемах построения художественного образа в поэмах Гомера и византийском эпосе XII в (в соавторстве с Поповой Т.В.). / Античность и Византия. М., 1975
  12. Эволюция эпического изображения: (Четыре поколения героев «Одиссеи» Гомера). – В кн.: Типология народного эпоса. М., Наука, 1975, с. 182-212
  13. Человек в поэмах Гомера (пути эпического изображения.) – В кн.: XIV Международная конференция античников социалистических стран «Эйрене» 1976 г.: Тезисы докладов. Ереван: Изд-во АН АрмССР, 1976
  14. Поэзия Гая Валерия Катулла: Типология художественного мышления и образ человека. М., Наука, 1977
  15. Принципы распределения эпитета в гомеровском эпосе: (К типологии художественного мышления). – В кн.: Фольклор: Поэтическая система. М.: Наука, 1977, с. 172-192
  16. «Одиссея» – героическая поэма странствий. М., 1978. 165 с.
  17. Типология художественного мышления гомеровского эпоса («Илиада», закономерности образного строя): Автореф. дис. на соиск. учен. степ. д-ра филол. наук: (10.02.14 – классическая филология). – М., 1979
  18. Гомеровский эпитет как элемент художественной системы. – В кн.: Поэтика древнегреческой литературы. М., Наука, 1981. с. 331-365
  19. Мотивы вазовой живописи в искусстве Северного Причерноморья эллинистического периода: Мифо-эпический мотив борьбы пигмеев с журавлями: (локализация и семантика мифа) / Причерноморье в эпоху эллинизма: Материалы III Всесоюзного симпозиума по древней истории Причерноморья, Цхалтубо, 1982, Тбилиси, 1985. С. 213-220
  20. Художественный мир гомеровского эпоса. М.: Наука, 1983
  21. Ино-Левкотея: Пути эпического изображения: (на материале гомеровского эпоса) / Западное Средиземноморье в I тысячелетии до н.э. Л., 1984. С. 144-159
  22. Изображение борьбы пигмеев и журавлей на пеликах Северного Причерноморья (IV в. до н.э.; историко-культурный и этнографический аспект) / Thracia Pontica III. Sozopol, 1985
  23. Миф о пигмеях в Северном Причерноморье // Klio Bd 68, H. 2, 1986. С. 351-366.
  24. К исторической палеоэтнографии Северо-Кавказского региона: данные нарративных источников и изобразительного искусства. // Сов. этнография N 3, 1989. С. 90-101.
  25. Эпические предания Древней Греции. М.: Наука, 1989
  26. Римские эрото-романтики / Поэтика древнеримской литературы. М., Наука, 1989
  27. О происхождении богов / Сост. и ред. И.В.Шталь, М.: Советская Россия, 1990
  28. Античные коллекции из раскопок Северного Причерноморья. / Отв. редактор И.В.Шталь. Институт Этнологии и Антропологии им. Н.Н.Миклухо-Маклая РАН, Институт мировой литературы им. А.М.Горького РАН. М.,1994. 160 с.
  29. Классическая филология на современном этапе. Сборник научных статей. Шталь И.В. (Ред.). М.,1996. 334 с.
  30. Ранняя греческая лирика (миф, культ, мировоззрение, стиль) / Институт мировой литературы им. А.М.Горького РАН; Отв. ред. И.В.Шталь. СПб: Алетейя, 1999
  31. Пушкин и античность / ИМЛИ РАН.; Отв. ред.: Шталь И.В., Курилов А.С. – М.: Наследие, 2001. – 141 с.
  32. Свод мифо-эпических сюжетов античной вазовой росписи по музеям РФ и стран СНГ. Т.1. М: Олма-Пресс, 2001
  33. Свод мифо-эпических сюжетов античной вазовой росписи по музеям РФ и стран СНГ. Т.2. М: Прогресс-Традиция, 2004
  34. «Арахномахия» (заявка на исследование). // Пушкинские чтения – 2003: Статьи и материалы всероссийской научной конференции 6 июня 2003 г. СПб.: Лен. гос. обл. ун-т им. А.С. Пушкина, 2003. с. 68-72